— Не стоит раздражаться. Я делаю свою работу. У меня есть ваше фото. Не спрашивайте, как оно у меня появилось, я не делюсь своими секретами с кем попало.

Ради всего святого.

Она вышла из машины и встала так, чтобы над дверью были видны ее голова и плечи.

— Я хотел бы иметь возможность видеть вас целиком, если вы не против.

Теперь он пытался казаться вежливым и в то же время выдвигал смехотворные требования.

— Какая вам разница? — Аманда с нескрываемой злобой посмотрела в зрачок установленной над воротами видеокамеры.

— У вас есть что прятать, мисс?

«Нечего, разве что фигуру, которая никак не подпадает под определение роковой женщины», — пробормотала она про себя, выходя из-за серебристой дверцы.

Совершенно расстроенная, Аманда широко развела в стороны руки:

— Смотрите. Ни автоматического оружия, ни спрятанной камеры, ни баллончиков с нервно-паралитическим газом. Вы удовлетворены?

— Думаю, вполне.

Нет! Нет. Нет. Черт побери. Нет. Это голос не домоправителя, это голос другого засевшего в памяти человека — Саймона Бранта. Аманда рефлекторно скрестила руки на груди, почувствовав, что от лодыжек вверх по телу стал подниматься жар, заставивший запылать ее щеки. Она готова была убить этого домоправителя, как только доберется до него.

Она готова была поднять его за ворот, подвесить над ямой с кипящей смолой, а потом дать упасть вниз.

— Здравствуйте, мистер Брант. Мне сказали, что я опоздала.

Он промолчал, но ворота наконец распахнулись.

Если бы Саймон предпринял попытку ответить, он просто рассмеялся бы, а это дало бы Джейкобу повод продолжить свои придирки. Поэтому он не стал отвечать Аманде, а просто нажал на кнопку и открыл ворота. Он смотрел, как она села в свою машину. Темные волосы были собраны в аккуратный пучок на затылке. Несмотря на строгость прически и костюма, он не мог выбросить из головы ее образ с широко расставленными в стороны руками, пышную грудь, натягивавшую ткань блузки, и блестящие от безудержного темперамента глаза.